Коммунисты Краснодона

Коммунисты Краснодонского подполья,
погибшие в шурфе вместе с молодогвардейцами:

Лютиков Филипп Петрович

Бараков Николай Петрович

Артёмов Влас Ефимович

Артёмов Григорий Ефимович

Бондаренко Павел Петрович

Бориков Николай Сергеевич

Винокуров Герасим Тихонович

Выставкин Даниил Сергеевич

Дымченко Мария Георгиевна

Ельшин Александр Яковлевич

Колесников

Мухорин Евгений

Румянцев Николай Николаевич

Соколова Налина Георгиевна

Соловьёв Георгий Матвеевич

Талуев Николай Григорьевич

Щербак

Щербина Иван Фёдорович

Яковлев Степан Григорьевич

 
"Молодая гвардия" (г. Краснодон) - художественный образ и историческая реальность. Сборник документов и материалов / Сост.: И.А. Иоффе, Н.К. Петрова (отв. сост.) - М.: Вече, 2003
 
ИЗ  ИТОГОВОЙ  ЗАПИСКИ   МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЙ   КОМИССИИ  ПО  ИЗУЧЕНИЮ  ИСТОРИИ  ОРГАНИЗАЦИИ   "МОЛОДАЯ  ГВАРДИЯ"  О  ЕЕ  ДЕЯТЕЛЬНОСТИ  ЗА  ДВА  ГОДА  РАБОТЫ 
г. Луганск
март, 1993 г.

Прежде всего очевидна несостоятельность главного тезиса - о партийном руководстве комсомольско-молодежным подпольем, а равно и утверждений о том, что "Молодая гвардия" была составной частью мощного и разветвленного партийного подполья.

К сожалению, данная точка зрения до сих пор является основополагающей в историографии "Молодой гвардии". Базируется она на постановлении бюро Луганского обкома Компартии Украины от 10 февраля 1969 года "О партийном руководстве подпольной комсомольской организацией Краснодона "Молодая гвардия", в котором утверждается: "Большевистская подпольная организация привлекла к борьбе с оккупантами комсомольцев и лучшую часть молодежи Краснодона, сплотила их и создала подпольную комсомольскую организацию "Молодая гвардия".

Вся организационная и боевая деятельность "Молодой гвардии" проходила под непосредственным руководством большевистской подпольной организации Краснодона".

Однако данные утверждения беспочвенны.

Комиссия установила, что организацией партийного подполья накануне оккупации Краснодона занимались ЦК и Луганский обком КП(б) Украины, причем дважды - в 1941-м и 1942-м гг.

Как теперь стало известно, в конце 1941 года ни парторганизациям, ни партизанским отрядам развернуть подрывную антифашистскую работу не удалось. На то существовали прежде всего объективные причины. Фронт ненадолго частично стабилизировался и Луганщина еще не была оккупирована. Лишь в прифронтовых районах выполнялись разные поручения красноармейского командования. Поэтому большинство подпольных и партизанских подразделений были расформированы, их личный состав призван в РККА, а отдельные группы переброшены для выполнения спецзаданий за линией фронта в других областях Украины.

Только в связи с новым продвижением вражеских войск в глубь страны летом 1942 года Луганский обком КП(б) Украины вторично приступил к формированию подпольных партийных организаций и партизанских отрядов. Секретари подпольного обкома КП(б) Украины и все подпольные структуры базировались в партизанских отрядах.

Были созданы подпольный обком партии во главе с М.Т. Паничкиным, райком партии во главе с Г.И. Тупиченко и подпольный обком комсомола во главе с А.П. Гайдученко. Однако данные подпольные партийные структуры, в силу различных обстоятельств, не выполнили возложенные на них функции. Покинув места базирования в Краснодонском районе, они фактически вынудили сделать это и подпольный обком ЛКСМ Украины. А при переправе через Дон потеряли особой важности документы, которые раскрывали дислокацию и систему партийно-комсомольского подполья Луганщины, включая адреса и списки коммунистов, явки, пароли и т.п.

Та же часть руководящего состава партийного подполья, которая осталась на занятой врагом территории, вскоре оказалась выявленной и уничтоженной гитлеровцами. Некоторые "активисты" пошли на сотрудничество с оккупантами. В такой ситуации ЦК КП(б) Украины вновь вынужден был заняться формированием подпольного Луганского обкома партии. Однако пока его комплектовали, Луганск и Краснодон уже были освобождены передовыми частями Красной Армии. Поэтому он был распущен, так и не приступив к работе.

В то же время, в августе-сентябре 1942 года в оккупированный Краснодон стали поодиночке и группами возвращаться коммунисты и советские работники, которые не успели эвакуироваться в глубокий тыл страны, так как попали в окружение наступающих войск противника. Не имея оружия и связей, находясь под постоянным надзором полиции и жандармерии, действуя в основном по своему усмотрению и далеко не лучшим образом, они пытались организоваться и начать борьбу против оккупационного режима. Именно такими и были Ф.П. Лютиков, Н.П. Бараков, М.Г. Дымченко, СВ. Яковлев и многие другие. В силу названных причин они не смогли оформиться в подпольные организации и партизанские отряды, как не сумели сплотиться и возглавить массовое сопротивление захватчикам на территории Краснодонского района. Проведенное весной 1945 года совместное расследование Краснодонского РК КП(б)У и РО НКГБ показало, что "по инициативе отдельных коммунистов, оставшихся на временно оккупированной немцами территории в связи с окружением, было намерение организовать партизанскую группу для борьбы с врагом. Инициаторами создания этой группы явились Лютиков Ф.П. и Бараков Н.П.... Однако указанная группа каких-либо действий в тылу врага не успела сделать..."

Как установила комиссия, территориальные секретари Луганского подпольного обкома партии СЕ. Стеценко и И.Я. Яковенко также не занимались организацией борьбы краснодонской молодежи против фашистских оккупантов. Не зная о том, что подпольные обком партии и комсомола, едва возникнув, прекратили существование, они в конце лета - начале осени 1942 года лишь пытались наладить с ними связь.

Целенаправленное и настойчивое стремление Луганского обкома Компартии Украины навязать общественному мнению всеобъемлющее и всепроникающее партийное руководство "Молодой гвардией" объясняется тем, что после выхода в свет одноименного романа А.А. Фадеева И.В. Сталин "порекомендовал" писателю отразить руководящую и направляющую роль Коммунистической партии. Выполняя указание "вождя", А.А. Фадеев подчинил логику развития событий в романе не правде жизни, а нуждам сталинской идеологии. Основательно переработав книгу, он выпятил в ней партийное руководство. Созданные же им монументальные образы коммунистов - руководителей краснодонского подполья заняли одно из главенствующих мест не только в романе, но затем и в галерее канонизированных героев литературы социалистического реализма.

Данная концепция вполне устраивала Луганский обком партии, который нес прямую ответственность за провал организации антифашистской борьбы на оккупированной территории. Стремясь "документально" подтвердить наличие партийного руководства сопротивлением молодежи, Луганский обком КП(б) Украины в 1949 г. создал специальную комиссию, которая закрыла глаза на истину и, вопреки фактам, сфабриковала картину партийно-комсомольского подполья в г. Краснодоне. Ее основные сюжеты таковы:

Во- первых, Луганский обком и Краснодонский райком партии образовали и оставили для борьбы в тылу врага краснодонскую подпольную организацию во главе с Ф.П. Лютиковым.

Во-вторых, эта организация под руководством Ф.П. Лютикова организовала и привлекла к борьбе с оккупантами молодежь Краснодона.

В-третьих, "Молодая гвардия" как подпольная организация молодежи, с руководящим центром, с соблюдением всех правил конспирации, была образована по прямому указанию и под непосредственным руководством партийной организации Краснодона и по примеру партийного подполья.

В-четвертых, вся боевая деятельность и работа по ее прикрытию в условиях подполья (концерты художественной самодеятельности, псевдосотрудничество с оккупационными властями и т.п.) осуществлялись под непосредственным руководством краснодонского партийного подполья.

Ссылаясь на выводы комиссии, Краснодонский райком Компартии Украины принял соответствующее решение и утвердил задним числом Ф.П. Лютикова и Н.П. Баракова секретарями несуществующего подпольного районного комитета партии.

Таким образом, сталинская идея организации и руководства антифашистской борьбой молодежи Краснодона в годы Великой Отечественной войны получила "историческое" обоснование и имеет хождение до сих пор, вопреки множеству фактов, противоречащих ей.

Сфабриковав отвечающую социальному заказу и собственным интересам концепцию краснодонского подполья, Луганский обком партии в последующие годы, обращаясь к тем или иным страницам истории "Молодой гвардии", в категоричной, не терпящей возражений форме, принимал решения, подтверждающие наличие партийного руководства "Молодой гвардией". 


 
"Молодая гвардия" (г. Краснодон) - художественный образ и историческая реальность. Сборник документов и материалов / Сост.: И.А. Иоффе, Н.К. Петрова (отв. сост.) - М.: Вече, 2003
 

ИЗ  ОСОБОГО  МНЕНИЯ  ЧЛЕНА  МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЙ  КОМИССИИ  ПО  ИЗУЧЕНИЮ  ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

ОРГАНИЗАЦИИ  "МОЛОДАЯ  ГВАРДИЯ"  А.Г.  НИКИТЕНКО (Директора краснодонского музея "Молодая гвардия")

г. Луганск
23 марта 1993 г.

 

"Название "партийно-комсомольское подполье "Молодая гвардия" следует считать ошибочным. Оно было введено волюнтаристским путем в сентябре 1982 года. Впервые прозвучало в докладе I секретаря Луганского обкома партии Б.Г. Гончаренко на торжественном собрании по случаю награждения музея "Молодая гвардия" орденом Дружбы народов и впоследствии стало обязательным в официальных устных и письменных выступлениях.

В интересах господствующей идеологии непременным стал также постулат об организующей роли коммунистов в антифашистской борьбе краснодонских подпольщиков. В этом вопросе основополагающим документом являлось постановление Луганского обкома партии от 10 февраля 1960 года "О партийном руководстве подпольной комсомольской организацией Краснодона "Молодая гвардия". Более того, в 1982 году без всяких на то оснований местные власти (по заданию партийных) установили мемориальную доску с сообщением об активных действиях в Краснодоне в период оккупации подпольного районного комитета КП(б)У.

Однако, отбрасывая тезис о руководстве коммунистов, мы не подвергаем сомнению само существование партийного подполья, "будь оно группа, отряд или организация. Его персональный состав и деятельность подтверждается документами, собранными в разные периоды: в 1948-50 гг. - комиссией Луганского обкома партии (в которой, кстати, были не только партработники, но и специалисты-историки), в конце 60-х - начале 70-х гг. - сотрудниками музея "Молодая гвардия". Значительная часть материалов хранится в фондах Краснодонского музея.

Несомненно также существование связи коммунистов с молодежной организации. Подчеркиваем, не руководства, а связи через отдельных подпольщиков. Об этом свидетельствуют архивные документы и, в частности, воспоминания оставшихся в живых молодогвардейцев (например, В.И. Левашова, М.Т. Шищенко). 


3 апреля 2002 года 
Раиса АПТЕКАРЬ, Анатолий Никитенко 
 
ОНИ ДОСТОЙНЫ ПАМЯТИ 
 

 Партийное подполье Краснодона... Проблема объективного его освещения существовала всегда, начиная с 1943 года. После освобождения города и опознания всех извлеченных из шурфа шахты #5 было документально установлено: среди погибших молодогвардейцев были и люди старшего поколения - коммунисты и беспартийные. Пофамильно называлось 14 человек, неопознанными оказались семеро. Специальная комиссия ЦК ВЛКСМ, работавшая тогда в Краснодоне, собрала некоторые сведения и о них... 

Это были в основном воспоминания очевидцев, которые что-то знали о личности подпольщиков, об их патриотических действиях, антифашистской настроенности, тайно полагая даже, что те - партизаны. Полного же представления о подпольной борьбе и истинных ее мотивах, о связях, естественно, у них не было. Они видели лишь внешнюю сторону дела. 

Коммунисты, соблюдая правила конспирации, были осмотрительными и осторожными: и с теми, с кем работали бок о бок в электромеханических мастерских немецкого дирекциона № 10, и кого привлекали даже к диверсионным актам, и с теми, кому поручали выполнять небольшие, но опасные задания - распространять листовки, собирать оружие, медикаменты. 

А так как другими свидетельствами комиссия не располагала, она не имела оснований включать коммунистов в списки подпольщиков. В итоговой докладной записке они упоминались лишь в связи с их пребыванием в тюрьме. 

Такими же, мало активными, коммунисты представлены и в романе "Молодая гвардия", за что Александр Фадеев был подвергнут жесткой критике уже в редакционной статье "Правды" от 3 декабря 1947 года. После тяжелых переживаний он приступил к работе над новой редакцией своего произведения, но просчеты объяснял тем, что не располагал необходимыми материалами. Возможность ознакомиться с ними он получил несколькими годами позже. Это были только что появившиеся газетные публикации, стенограммы выступлений оставшихся в живых молодогвардейцев, записи бесед с работниками механического цеха, а также материалы, не предназначавшиеся для печати: документы Ворошиловградского обкома партии и диссертация преподавателя пединститута Г.С.Марголина. Собирательскую и исследовательскую работу, кстати, диссертант проводил как представитель областного комитета партии. А все собранные записи были переданы в партийный архив в качестве официальных документов. 

В ходе изучения новых материалов в записной книжке Фадеева появлялись наброски отдельных глав, сжатые характеристики будущих образов. Так, например, 12 ноября 1948 года он записал: "Изменить образ Лютикова и сохранить его до дней гибели "Молодой гвардии" как руководителя". А газета "Правда" 23 декабря 1951 года - после выхода в свет новой редакции, отмечала: "Основное достижение писателя состоит, прежде всего, в правдивом изображении того, как партия направляла усилия народа в борьбе с врагом". 

И нет ничего удивительного в том, что освещение подпольной борьбы коммунистов Краснодона со временем менялось, углублялось. Соответственно расставлялись акценты. Прежде всего, такая постановка вопроса отвечала идеологическим требованиям времени: руководящей была коммунистическая партия. Впрочем, из документов доподлинно известно, что накануне оккупации на территории прифронтовых областей действительно создавались базы партизанских отрядов и соединений, готовились кадры для подпольной борьбы. Возглавляли эту работу коммунисты. Поэтому неоднократно и возникала необходимость изучать события и документальные материалы тщательнее и оперативнее. Работа эта была исключительно прерогативой партийных органов, а результаты не подлежали огласке. 

Впервые эту работу провел Краснодонский райком партии еще в 1943 году, почти параллельно со спецкомиссией ЦК ВЛКСМ. Выводы заключались в следующем: коммунисты-подпольщики развернули активную деятельность, но многого не сумели сделать из-за отсутствия оружия. Связь с "Молодой гвардией" осуществлялась через В. Осьмухина, работавшего в мастерских, Е. Мошкова и других. 

 Более глубокое исследование темы проводилось в 1949-1950 гг. комиссией областного комитета партии. В отчете комиссии дана обстоятельная характеристика деятельности подполья, оно квалифицировалось уже как подпольная организация. Была четко определена роль Ф.П.Лютикова, как руководителя, и других участников, оставленных для подпольной работы в оккупированном Краснодоне: Н.П. Баракова, М.Г. Дымченко, Д.С. Выставкина, С.Г. Яковлева, Г.Т. Винокурова, беспартийной Н.Г. Соколовой. Отмечено, что они привлекли к борьбе других людей из местных жителей, а также воинов и офицеров Красной Армии, попавших в окружение. В документе весьма категорично определены и отношения с молодогвардейцами: "руководители и организаторы "Молодой гвардии". Это положение было окончательно закреплено в последующих партийных постановлениях. 

Вне сомнения, связь партийного и комсомольского подполья существовала, о чем неоднократно говорили член штаба В.И. Левашов, Г.М. Арутюнянц. Есть упоминание и у  И. Туркенича. Небезынтересно признание начальника жандармского округа Ренатуса Эрнст-Эмиля о том, что, по его предположению, в Краснодоне действовала подпольная организация и что "этим делом руководили коммунисты". 

Влияние на молодогвардейцев через своих людей Ф.П.Лютиков и Н.П.Бараков, безусловно, оказывали, через доверенных лиц также настаивали на соблюдении конспирации, осторожности. Но руководства повседневного, с согласованиями, отчетами, не было и в тех условиях быть не могло. Следуя первым записям оставшихся в живых молодогвардейцев, мы склонны считать, что антифашистские группымолодежи возникли стихийно, а затем объединились в подпольную организацию "Молодая гвардия", что молодогвардейцы самостоятельно проводили агитационную работу среди населения, разрабатывали и осуществляли боевые операции, не подозревая даже, как вспоминал В.И.Левашов, о том, что Лютиков и другие держат в поле зрения их деятельность, предпринимают меры к их безопасности. 

И, тем не менее, заслуг участников партийной организации умалять не следует. Они достойно прошли свой трудный путь, выполнили долг перед Родиной, мужественно выдержали пытки, стараясь и здесь, в тюремных камерах, морально поддержать молодых патриотов, и посмертно были удостоены правительственных наград: Ф.П.Лютиков и Н.П.Бараков - ордена Ленина, остальные, составившие костяк организации, ордена Отечественной войны 1 степени. 

ДИРЕКЦИОН № 10: НАДЕЖДЫ НЕ ОПРАВДАЛИСЬ 

Сразу же после оккупации в Краснодоне были созданы репрессивные органы управления: полиция, городская управа, биржа труда. Вопросами восстановления и деятельности промышленных предприятий, прежде всего угольных, занимался дирекцион № 10, начальником которого стал барон Швейде. В системе дирекциона особое место отводилось электромеханическим мастерским, хотя к тому времени их от силы можно было назвать лишь механическим цехом: оборудование составляло несколько устаревших станков, работало до 30 человек. В обязанности работников и специалистов мастерских входило: ремонт шахтного оборудования, восстановление шахт, налаживание работы энергоузла, водокачки, отопительной системы в жандармерии. 

Однако планам оккупантов не суждено было осуществиться. Мастерские стали не столько центром возрождения угольной промышленности, сколько местом диверсий и саботажа, центром подпольной борьбы. Заслуга в этом Филиппа Петровича Лютикова и Николая Петровича Баракова, сумевших войти в доверие к властям, тем более что Лютиков был начальником Центральных электромеханических мастерских (ЦЭММ) еще в довоенное время и превосходно знал все тонкости производства. Он был назначен техническим руководителем предприятия. По его рекомендации начальником стал Бараков. Рабочих набирали сами. Пользуясь служебным положением, приняли и "своих" - подпольщиков Николая Румянцева и Николая Талуева - плотниками, Георгия Соловьева - кузнецом, Даниила Выставкина и Александра Ельшина - молотобойцами. Вскоре сюда пришла и молодежь - Владимир Осьмухин, Анатолий Орлов, Юрий Виценовский, Анатолий Николаев - члены "Молодой гвардии". Большинство же рабочих не являлись участниками подполья, однако помогали Лютикову, поддерживали его, выполняли любое его задание, так как верили, что он настоящий патриот. С его немого согласия ремонтные работы проводились крайне медленно: вначале обрабатывались отнюдь не главные детали и узлы, выводилось из строя оборудование, то и дело останавливался двигатель, дававший свет дирекциону. 

"Работали, чтоб время скоротать. Бывало, рабочие не выходили на работу вовсе. Вредили..." 

"Заставляли - мы работали, но работали спустя рукава. Лютиков за плохую работу не гонял. Говорил: "Посидите, покурите, пока нет надзирателей. А кто появится - крутитесь" - это красноречивые свидетельства людей, которые трудились рядом с руководителем партийного подполья. 

Оккупанты намеревались получить в Краснодоне ценный коксующийся уголь, необходимый для коксовых заводов и доменных печей "великой Германии". Но шахты разрушены и затоплены. Н.П. Баракову и Ф.П. Лютикову приказано разработать план восстановительных работ. Те начали с шахты № 21. Но работы велись медленно, сроки затягивались, на что были "объективные" причины: низкая квалификация рабочих, примитивные средства производства. На самом же деле был сознательный саботаж. Ежедневно несколько десятков рабочих, толкаясь и мешая друг другу, выполняли никому не нужную работу: собирали или разбирали подъемную машину, разматывали или наматывали канат, а маломощными насосами откачивали воду. В балку стекал ручеек воды, а в стволе она не убывала. 

Николай Лютиков и Филипп Бараков ходили по острию лезвия... Нужно было что-то предпринимать, и Николай Петрович попытался убедить представителей власти в том, что пустить в строй шахту имеющимися средствами не удастся, и выдвинул новое предложение: восстановить шахту № 1 "Сорокино", умолчав при этом, что она полностью выработана. 

Начался набор рабочих, из сел пригнали лошадей, молодежь обучали забытой профессии коногона. Восстановительные работы закончились лишь в ноябре. Но накануне пуска по заданию того же Баракова Юрий Виценовский подпилил канат. Минуты торжества так и не наступили. При спуске клети с вагонетками канат оборвался, и тяжелый груз разрушил обшивку ствола. Ремонт нужно было начинать сначала. 

Враги так и не воспользовались нашим топливом. 14 февраля 1943 года город был освобожден Красной Армией. А менее чем через месяц, 12 марта 1943 года, "Ворошиловградская правда" писала, что в Краснодоне восстановлено и пущено 10 угольных предприятий, дающих каждые сутки сотни тонн высококачественного коксующегося угля. 

Значит, не так трудно было получить краснодонское сырье. Но фашистам оно не досталось... 

 
САБОТАЖ  В  МАСТЕРСКИХ 
Из воспоминаний рабочих электромеханических мастерских 
 

А. Е. Цилевич: После неудачной эвакуации я оказался в оккупированном Краснодоне. Лютиков устроил меня работать в механические мастерские. 

Как-то мне дают задание сделать маслобойню, но таким образом, чтобы она не была сделана, чтобы немцы ею не воспользовались. 

Вскоре немцы привезли для маслобойни новый пресс. Лютиков подошел ко мне и сказал: "Перечисти его" и улыбнулся, дал знак уничтожить некоторые части. Я его разобрал, ведущие части снял и позакапывал в парке... Немцы приходят и спрашивают, скоро ли будет готова маслобойня. Я говорю: нужно делать вальцы, а у нас такого станка нет... 

Таким образом, эта маслобойня делалась до прихода советских частей. 

А. М. Михайличенко: Помню, разморозили водокачку. Был набран котел и водопроводная магистраль для испытания гидравлическим прессом. Это было уже в холодное время. Дело шло к вечеру. Я спрашиваю у Лютикова: "Воду будем спускать?" Он мне и говорит: "Не надо!" 

На другой день ударил мороз, порвал все трубы, пришлось заново все переделывать. Тут он и говорит мне: "Нехорошо, что срываем водокачку, а все-таки нужно это делать. Мы делаем то, что нам полагается". 

Для пуска этой водокачки нужно было отремонтировать паровые насосы, и вот ремонтировали их месяцев четыре - пять... 

По существу при немцах эта мастерская не работала продуктивно, заказы выполнялись с большим опозданием. Лютиков предупреждал, чтобы при появлении немцев люди были на местах и создавали видимость, что работают... 

Е. М. Воробьева: Во время оккупации я работала уборщицей в мехцехе. Лютикова и Баракова я знала, они работали вместе, но основным был Бараков. Работа в мастерской велась так, лишь бы отбыть время. Люди делали для себя зажигалки, мельницы. 

Бараков хорошо говорил на немецком языке. Пришел немец, спрашивает, что рабочие делают, а они как раз делали, что кому нужно. Он отвечает немцу, что это делается для водокачки, а вот это - для электростанции.  

Н. Ф. Аничкин: Во время оккупации я был здесь, в Краснодоне, и работал в ЦЭММ. О деятельности Лютикова я ничего не знаю, делалось все скрыто. Иногда приходишь на наряд и видишь, что вышла из строя трансмиссия. Отремонтируем ее сегодня, а завтра смотришь - она опять неисправна. Вообще при немцах мы не работали, а занимались кому чем надо, большинство же людей расходилось по домам... 

 
ИЗ  РАССКАЗА  В.А. БАРАКОВОЙ  О  МУЖЕ 

Когда началась Великая Отечественная война, Н.П. Бараков работал главным механиком шахты имени Энгельса. Еще до войны ему часто приходилось встречаться с Филиппом Петровичем Лютиковым, руководившим тогда Центральными электромеханическими мастерскими треста "Краснодонуголь". Совместная работа сблизила этих двух людей. 

С первых дней войны Николай добровольцем ушел на фронт. Но весной 1942 года его откомандировали на шахту. К этому времени фашисты оккупировали более половины территории Донбасса. А стране нужно было много угля. Опытный механик, каким был Бараков, мог сделать многое для увеличения добычи его. 

Незадолго до оккупации Баракову предложили остаться во вражеском тылу для нелегальной работы. Он согласился, не колеблясь. На шахте имени Энгельса Николай остался до начала эвакуации. Выполнив со своими товарищами приказ о взрыве предприятия, он скрылся, а я с тремя детьми эвакуировалась в глубь страны. Немцы захватили переправу через Дон, и я вынуждена была в последних числах июля возвратиться домой. В тот же день на шахту вернулся и мой муж. Его арестовали, продержали в полиции два дня и, взяв подписку о невыезде, отпустили. Николай сразу же ушел в Краснодон, где, как он позже рассказывал, встретил Филиппа Петровича Лютикова, уже работавшего прорабом в механических мастерских... 

Как только муж устроился на работу в ЦЭММ, мы переехали в город Краснодон. У нас на квартире, долгое время бывшей вне подозрения, часто встречались коммунисты и комсомольцы-подпольщики. Помню, после переезда - было это в начале сентября - к нам зашли Румянцев и Талуев, работавшие в мастерских вместе с Николаем. Они рассказали мне, что были кадровыми военными, а теперь стали рабочими. Пришел Николай. Все трое о чем-то быстро переговорили и ушли. Перед уходом товарищи предупредили мужа, что из поселка Краснодона придет девушка... 

На следующий день я обнаружила в кладовой два автомата. Очень испугалась и с нетерпением ждала прихода мужа. Когда сообщила ему об оружии, он сказал, чтобы я не волновалась, что за автоматами зайдет одна женщина. Тогда же Николай предупредил, что к нам теперь будут заходить знакомые и незнакомые мне люди. Он назвал Румянцева, Талуева, Соколову, Дымченко, Осьмухина и Выставкина. Со временем этих людей стало больше. Приходили взрослые и молодежь. 

Как-то я сказала Николаю, что из-за его деятельности могут расстрелять не только его самого, но и всю семью. Он ответил: "Я коммунист и обязан бороться с врагом, а ты, как жена коммуниста, должна помогать мне в этом благородном деле". Я поняла, что уговаривать его бесполезно...  


Василий Левашов 
"МОИ  ДРУЗЬЯ-МОЛОДОГВАРДЕЙЦЫ" 

...Чтобы начать под землей хоть какие-нибудь работы, нужно было, прежде всего, откачать воду. Ее откачивали. Но откачивали так, что вода не убывала. Слишком медленно ремонтировались и подъемные машины. Ремонтные работы производились только тогда, когда на шахте присутствовал кто-нибудь из сотрудников дирекциона. В остальное время рабочие курили, разговаривали, занимались чем угодно, только не ремонтом шахтного оборудования. 

Однажды начальник дирекциона Швейде потребовал от Баракова, чтобы тот лично показал, как идут работы на шахтах. Через час, сказал он, назначается выезд. Машина будет ждать у входа в дирекцион. 

Николай Петрович забеспокоился. Ведь ремонт оборудования почти не подвигался. Это не трудно заметить. Стоит только побывать на шахтах. А если начальник дирекциона появится там внезапно и своими глазами увидит, что никто из рабочих ничего не делает, то начальнику механических мастерских несдобровать. 

Как предупредить людей на шахтах? Один час - слишком малый срок. За это время, если послать кого-нибудь из своих, можно успеть предупредить рабочих только одной или двух близко расположенных шахт. Но ведь неизвестно, какую из них [начальник] вздумает осматривать первой. Выход только один - задержать выезд на 2-3 часа и за это время предупредить рабочих всех шахт. Но как это сделать? 

В гараже дирекциона работал Сергей Левашов (двоюродный брат Василия - авт.) Он устроился туда вскоре после возвращения в оккупированный Краснодон. Сергей быстро освоился с новыми обязанностями. Уже не одну военную автомашину он вывел из строя. Делал это осторожно и продуманно, чтобы не навлечь никаких подозрений. Сергей подстраивал все так, чтобы отремонтированные автомашины ломались не в гараже и даже не в Краснодоне. Они выходили из строя за десятки километров от города. 

Николай Петрович Бараков, как один из руководителей партийного подполья, знал о Сергее Левашове и его деятельности в гараже дирекциона. В тот критический момент он о нем и вспомнил. Легковая автомашина, на которой Швейде и Бараков должны были отправиться на шахты, находилась еще в гараже дирекциона. Вот если бы ее задержать там подольше!.. 

Дать такое задание Сергею Левашову от своего имени Бараков не мог. Сергей, да и все остальные подпольщики "Молодой гвардии" не знали тогда и не должны были знать, кто из коммунистов-подпольщиков нами руководит. В эти дела был посвящен только Володя Осьмухин. Его услугами в тот момент и воспользовался Николай Петрович. 

Через Володю Осьмухина Сергей получил команду: задержать на 2-3 часа выезд из гаража автомашины начальника дирекциона. 

Нелегко пришлось Сергею. Команда дошла до него за несколько минут до выезда машины, уже заправленной и осмотренной. А тут еще сомнения в достоверности приказа. Ведь Володя Осьмухин не сказал, от кого распоряжение исходит. Да и передал он его не так, как обычно. Володя, запыхавшись, подбежал к Сергею, шепнул на ухо нужную фразу и, ничего не объясняя, исчез. 

Но времени для выяснений не было. И Сергей пошел на крайнюю меру - подложил скобу под скат заднего колеса. Как только машина тронулась с места, образовался прокол. Пока меняли скат, Сергей приготовил новую неисправность - разъединил контакт зажигания. В общем, различными неисправностями Сергей Левашов держал в гараже автомашину столько, сколько требовал приказ. 

В тот же день, еще до наступления вечера, Сергей примчался ко мне домой, сообщил о случившемся и спросил, правильно ли он поступил, исполнив неизвестно чью команду. Но я и сам тогда толком не знал, что это за распоряжение и от кого оно исходило. Все выяснилось значительно позже. 

Задержка автомашины выручила Баракова. Когда они со Швейде приехали на первую шахту, там уже вовсю суетились рабочие. Конечно, невозможно было скрыть тот факт, что ремонт оборудования почти не подвигался. Но в данный момент важно было показать, что люди не бездельничают. А что касается медленных темпов работы, то  Николай Петрович нашел этому объяснение. 

Прежде всего, Бараков в присутствии начальника дирекциона стал ругать рабочих и мастеров за медлительность. А затем, уже на обратном пути, стал доказывать ему ненадежность ремонтируемого оборудования и необходимость поставок новых подъемных машин из Германии. 

В этот раз все обошлось сравнительно благополучно. Начальник дирекциона, конечно, высказал свое недовольство ходом работ, но никаких иных мер предпринимать не стал... 


«Луганская правда», 30 мая 1964 г.
И. ТИМОФЕЕВА, спецкор.
Гор. Краснодон.
БЕССМЕРТНЫ В СЕРДЦЕ НАРОДА
 
Это было в Краснодоне,
В грозном зареве войны...
 

МНОГО песен поют в народе о боевых делах сынов донецкой земли. Проходят годы и десятилетия, а не зарастают тропы к могилам героев.

Недавно, когда страна отмечала двадцатилетие Победы над фашизмом, был опубликован Указ о посмертном награждении орденами группы краснодонских коммунистов - «за выдающиеся заслуги в организации и руководстве коммунистическим подпольем города Краснодона, мужество и отвагу, проявленные в борьбе против немецко-фашистских захватчиков в период Великой Отечественной войны».

Лютиков, Бараков, Валько... Это они - бесстрашные коммунисты-ленинцы - были духовными отцами «Молодой гвардии», это они вели молодежь на борьбу и подвиг 

«Я - СОЛДАТ ПАРТИИ»

В начале июля 1942 года Филипп Петрович Лютиков провожал в эвакуацию семью.

- Петрович, - робко сказала ему жена, - мы с тобой уже люди немолодые, на каких только фронтах не бывали... Может, кто помоложе на такое дело останется?

- Нет, Дуся, - ответил Филипп Петрович, - так велит мне мой долг коммуниста. Если будет нужна моя жизнь, то и жизни не пожалею. Береги Раиску, дочку нашу. А за меня не бойся, я - железо кованое.

Да, огнем революции ковалось это железо. Сын курской крестьянки, сосланной на каторгу за бунт против помещика, он мальчонкой, деревенским подпаском, на собственной спине познал первые уроки политграмоты. С тринадцати лет стал работать в Донбассе, на юзовских рудниках. Здесь впервые услышал имя Ленина.

В 1917 году солдат саперного батальона Филипп Лютиков принимал участие в боях московского пролетариата против самодержавия, а в октябре шел в красногвардейских целях на штурм Зимнего. В гражданскую сражался с беляками, а потом - трудовые фронты: недели без выходных, просоленные потом рубашки... Своими руками поднимал из разрухи донецкие шахты. В 1925 году «за полезную работу…. в деле повышения хозяйственного благосостояния республики» был награжден орденом Трудового Красного Знамени.

- Я - солдат партии, - так ответил  Филипп Петрович на вопрос, готов ли он возглавить подпольную работу во вражеском тылу. - Я - солдат партии, - повторил он, - и для меня нет ничего выше, чем доверие партии. Обещаю это доверие оправдать…

Простое русское лицо смотрит с фотографии. Спокойные глаза, твердый волевой подбородок. Лицо умного, много повидавшего человека.

О чем он думал, когда, проводив семью, шагал по знакомым улицам города? Тихий городок жил сейчас тревожной жизнью. Вплотную подступил к нему огненный шквал войны, и волны ее уже захлестывали улицы. Нещадно палило июльское солнце. По дорогам, тяжело громыхая, шли военные машины. Почерневшие, усталые солдаты жадно пили у колодцев воду. Жались к обочинам тачки беженцев. Плакали дети.

«Успеют ли переправиться через Донец?» - жгла мысль. Но он заставлял себя сосредоточиться на том, что предстояло впереди. Необходимо было уже сейчас продумать каждый шаг, нащупать первые связи...

А в это время коммунист Валько, начальник шахты № 22, писал семье в Ростовскую область: «Живу при шахте. Помощников у меня два: один - по кадрам и быту, другой - по рабочему снабжению, и вот на этой-то должности работает Лютиков, с 25 мая с механических мастерских его сняли».

Андрей Андреевич Валько не знал, что сделано это было специально, с новой должности Лютикову удобнее было перейти к решению поставленной задачи.

И никто не знал в городе, что вместе с Лютиковым для подпольной работы были оставлены и другие товарищи...

 
НА УЛИЦЕ КРАСНОГО ШАХТЕРА

На улице Красного шахтера, в доме № 5, в 1942 году помещались центральные электромеханические мастерские, ставшие базой краснодонского партийного подполья.

Захватив Донбасс, оккупанты попытались восстановить отдельные шахты. Немецкие банкиры алчно потирали руки, подсчитывая богатства донецких недр. Было создано «Восточное общество по эксплуатации каменноугольных и металлургических предприятий». В Краснодоне открылась местная контора этого общества - дирекцион № 10. Оккупанты стремились как можно скорее наладить добычу коксующегося угля. Июльским утром в дирекцион пришел Лютиков и предложил свои услуги в качестве механика.

Конечно, это было рискованно. Но Лютиков понимал: оккупантам очень нужны специалисты.

Расчет оправдался. Лютикова назначили техническим руководителем механических мастерских. «Хозяева» предложили ему подобрать для работы «надежных людей». И Филипп Петрович с готовностью взялся за дело. Вскоре на работу был принят молотобойцем Д.С. Выставкин - перед войной он был секретарем партийной организации шахты № 1-бис; коммунисты Телуев и Румянцев оформилась кузнецами, Соловьев и Ельшин - плотниками, комсомольцы Володя Осьмухин и Анатолий Орлов - электрослесарями, Анатолий Николаев и Юрий Виценовский - слесарями.

По рекомендации Лютикова заведовать мастерскими оккупанты пригласили Николая Петровича Баракова.

До оккупации Бараков работал главным инженером шахты имени Энгельса.

Жена Баракова Вера Александровна вспоминает; «В начале августа Николай вернулся на шахту. Был он небрит, измучен. Увидев его, я испугалась - полиция рыскала по квартирам. Вскоре явились к нам двое полицейских и арестовали мужа. Через сутки его выпустили, а вечером на квартиру к нам зашел Лютиков. Вскоре мы переехали  в Краснодон…».

Оба они, Бараков и Лютиков, принадлежали к тем, кто, раз приняв решение, идут к цели упорно, ступень за ступенью, не ища обходных троп.

На квартире у Баракова состоялось первое заседание партийного штаба.

- Надо сразу, - сказал Лютиков, - показать людям, что мы есть, борьба продолжается. У одного товарища хранятся подшивки с годовыми комплектами «Правды». Предлагаю, пока выпуск листовок не налажен, вывесить в городе «Правду».

- Но ведь газеты-то устарели, - возразил один из подпольщиков.

- Ничего, - сказал Филипп Петрович, - наша большевистская правда никогда не стареет.

Лютиков поставил задачу - установить контакт с оставшимися в городе комсомольцами и привлечь их к активному сопротивлению захватчикам. Связные В. Осьмухин, А. Николаев и Налина Георгиевна Соколова получили первые задания.

«Закипела» работа и в мастерских. День и ночь стоял в помещениях грохот - шел «ремонт» шахтного оборудования. Руководство дирекциона решило пустить в эксплуатацию единственную не взорванную шахту - № 21. Но сначала было необходимо откачать из нее воду. Дело, однако, не двигалось. «Отремонтированные» насосы постоянно ломались. Наконец, оккупанты отказались от своей затеи, поняв: откачивать шахту - все равно, что решетом носить воду.

Тогда Н.П. Бараков и другие местные «консультанты» предложили дирекциону восстановить другую шахту - № 1 «Сорокино». Кому-кому, а Баракову хорошо было известно: шахта ведь выработана! Угля в ней осталось совсем мало.

В мастерских постоянно «не хватало» металла и инструментов. Рабочие делали алюминиевые ложки, зажигалки, гребешки.

- На гребешках «хозяева» далеко не уедут, - посмеивался Лютиков.

А подпольная организация, между тем, расширяла свою деятельность.

 
«БЕСПАРТИЙНАЯ БОЛЬШЕВИЧКА»

На улице Буденного, где жил Лютиков, часто появлялась невысокая женщина, до бровей закутанная в темный платок. В руках она всегда несла бидончик для молока. В маленьком городке почти все знали друг друга. Но теперь люди замедляли шаг, не вдруг узнавая встречную. Да и как было узнать в этой бледной суровой женщине жизнерадостную Налину Соколову - известную в городе активистку, общественницу. Ни одно городское собрание не обходилось без нее. Эстонка по национальности, была она голубоглазая, звонкоголосая, с пышными темными волосами. Называли ее в Краснодоне «беспартийной большевичкой». Перед войной возглавляла Налина Георгиевна совет женщин-общественниц. Накануне оккупации Соколова дала согласие остаться в городе для подпольной работы. Глядя на эту неприметную, усталую женщину с облупленным молочным бидончиком, никому не приходило в голову, что в бидончике лежали листовки.

Ей приходилось нелегко. Однажды, рассказывает муж Соколовой, Налина долго неподвижно и молча стояла у окна. Потом сказала: «Вот увидеть бы из-за бугра хотя шапку нашего солдата, тогда и умереть можно».

 
МСТИТЬ БЕСПОЩАДНО!

С первых дней оккупации в городе начались массовые аресты. Тюремные камеры были забиты.

Утро 29 сентября 1942 года надолго останется в памяти краснодонцев черной датой. Страшная весть облетела город с рассветом: ночью в парке казнили коммунистов-шахтеров.

Накануне, в 11 часов вечера, из камер полицейского управления были взяты 32 человека. Среди них был и Валько. Людей привели в городской парк. Их связали друг с другом проволокой, загнали в ров и стали закапывать в землю живыми. Это видел, спрятавшись в кустах, Даниил Выставкин.

...Валько сопротивлялся. «Знайте, проклятые, - задыхаясь, кричал он, - за каждую каплю нашей крови вы дорого заплатите! Наши все равно придут! Они отомстят за нас!». - Петя Зимин, начальник участка, первым запал «Интернационал». Песню подхватил Валько, и все запели...

Засыпая землею живых, хотели фашисты засыпать разгоравшийся в городе пожар партизанской войны, парализовать волю людей страхом. Но получилось наоборот. Весть о зверской расправе над 32 шахтерами ударила горючим гневом в сердца, и, как пламя, охватило людей желание мстить.

По указанию подпольного партийного центра в городе создаются первые боевые группы среди молодежи. В конце сентября состоялось организационное собрание юных подпольщиков. На нем присутствовали: Туркенич, Земнухов, Третьякевич, Кошевой, Василий Левашов, Арутюнянц. Был создан штаб. Организацию было решено назвать «Молодая гвардия».

Лютиков посылает в «Молодую гвардию» Евгения Мошкова с заданием содействовать объединению всех сил молодежи. Мошков устраивается на работу заведующим клубом имени Горького. Клуб становится центром деятельности организации.

Вскоре оккупанты почувствовали всю силу народного сопротивления. Ночью в степи вспыхивали пожары. Это комсомольцы по указанию партийного штаба поджигали хлебные скирды, чтобы фашисты не могли вывезти зерно в Германию. На заборах запестрели листовки со сводками Советского Информбюро. Накануне праздника 25-й годовщины Великого Октября краснодонцы, выйдя на улицы, не поверили глазам: на самых высоких зданиях в городе бились на ветру красные флаги!

Чаще всего подпольщики собирались на квартире у Баракова. Одной из главных задач теперь стало вооружение населения. Оружие добывали всеми возможными способами. Захваченное и припрятанное в окрестных селах, оружие переправляли в город на подводах с зерном. Часть его хранилась на чердаке у Бараковых.

Последнее заседание коммунистов-подпольщиков состоялось в декабре 1942 года на квартире у Марии Георгиевны Дымченко - до войны она заведовала городским отделом здравоохранения. Когда стемнело, в дверь раздался первый стук.

- Доброго здоровья хозяевам, - сказал Лютиков, стаскивая шапку, мокрую от снега. За ним пришел Бараков...

Обсуждался вопрос о подготовке вооруженного восстания. В те дни за Донцом все громче слышалась канонада...

1 января в клубе неожиданно арестовали Евгения Мошкова, затем начали хватать других членов организации. Было ясно - провал. Штаб дал указание подпольщикам небольшими группами пробираться к линии фронта. Но было уже поздно, С 5 по 11 января полиция арестовала большинство молодогвардейцев и коммунистов-подпольщиков.

 
ГИБЕЛЬ И БЕССМЕРТИЕ

И в застенках, среди страшных пыток, коммунисты показывали молодежи пример мужества и стойкости.

- Помните, товарищи, - говорил Лютиков, - на нас смотрят глаза наших юных соратников. Мы учили их жить, пусть же увидят, как должны умирать коммунисты.

В музее «Молодой гвардии» висит подлинник записки, переданной из камеры Марией Георгиевной Дымченко: «Дорогие сестры! Вернуться домой надежды нет. Нас должны расстрелять. Берегите моих детей, так как они останутся без отца и матери, Я не теряю надежды и уверена, что их воспитает Советская власть так же, как воспитала меня. Мы будем бороться до конца».

Несколько дней палачи пытали и мучили героев. Но не смогли сломить. В ночь с 15 на 16 января их вывели из камер, чтобы отвезти к месту казни - шурфу шахты № 5.

Холодная январская ночь стыла над городом. Только высоко в небе поблескивали редкие звезды. Глубоко, всей грудью вдохнув морозный воздух, Филипп Петрович Лютиков запел старую рабочую песню: «Замучен тяжелой неволей.,,».

Песню подхватили высокие юношеские и девичьи голоса, и она поплыла над рядами. 

*   *   *

На центральной площади Краснодона стоит памятник. На мраморе высечены слова из «Песни о Соколе»: «Пускай ты умер! Но в песне смелых и сильных духом всегда ты будешь живым примером к свободе, свету!». Здесь, в братской могиле, похоронены герои краснодонского подполья - коммунисты и комсомольцы.

В славе сегодняшних трудовых побед краснодонцев, в их замечательных коммунистических делах, в радостных песнях, которые так любят здесь петь, живет сердце «Молодой гвардии». Живет революционный дух тех, кто учил молодежь жить, бороться и побеждать, - верных сынов партии Ленина. 


 
«Краснодонские вести», 13 сентября 2007 г.
 

Мы помним их имена

Ночь 28 на 29 сентября 1942 года отмечена зверской расправой над шахтерами города Краснодона. Оккупанты надеялись запугать жителей города и как можно скорее уничтожить людей, способных противостоять их власти. Но случилось иначе.

Невольным свидетелем невиданного злодеяния стал Д. Выставкин. Он рассказал своей жене: «Их загнали в вырытую яму и начали бросать землю. Валько сопротивлялся... У меня до сих пор звучат его слова: «Знайте, проклятые, за каждую каплю нашей крови вы дорого заплатите! Наши все равно придут! Они отомстят за нас!» Петя Зимин запел «Интернационал», потом подхватили Валько и все... Все запели!»

Арестованные были связаны друг с другом проволокой. И их живыми засыпали землей...

Вместе с шахтерами, отказавшимися работать на фашистов, были казнены и участники Изваринского партизанского отряда, в их числе единственная женщина - Евгения Саранча.

Впоследствии в братскую могилу перенесли тела 25 советских военнопленных, расстрелянных оккупантами накануне освобождения Краснодона. В1947 году на месте казни и захоронения установлен памятник, созданный по проекту скульпторов Виктора Мухина и Виктора Федченко.

Мы, ныне живущие, почтим в этот день память людей, отказавшихся смирится с врагом, посягнувшим на жизнь и свободу человечества.

 
Ирина ЧЕРНИЕНКО
По материалам музея «Молодая гвардия»  
LegetøjBabytilbehørLegetøj og Børnetøj