16

26 сентября 1942 года - 462 день войны

 Советские войска в Сталинграде вели ожесточенные бои за центральную и южную части города. На отдельных участках фронта противнику удалось выйти к Волге. [3; 260]

 Закончилась Новороссийско-Таманская оборонительная операция советских войск. В результате длительных и тяжелых оборонительных боев, проведенных наземными войсками при активном содействии Черноморского флота и Азовской военной флотилии, советские войска измотали наступающую группировку врага вначале на Таманском полуострове и в районе Новороссийска, а затем южнее станицы Абинской. Израсходовав все свои резервы под Новороссийском, немецкое командование было вынуждено окончательно отказаться от дальнейшего наступления вдоль Черноморского побережья. [3; 260]


Хроника блокадного Ленинграда

Снова, как и в начале этого месяца, Ленинградский фронт предпринял попытку, форсировав Неву, пробиться навстречу войскам Волховского фронта, сражающимся в районе Синявина. Но тогда, 3 сентября 1942 года, нашим частям, захватившим плацдарм на левом берегу Невы, не удалось развить успех. Более того, они вынуждены были оставить этот «пятачок» и отойти на исходные позиции.

Сегодня Нева снова форсирована. При поддержке более 250 орудий и более 100 самолетов наши бойцы уже через 15—20 минут захватили небольшие плацдармы у Арбузова и Московской Дубровки. К концу дня на левый берег удалось переправить части двух стрелковых дивизий и стрелковой бригады, 281 миномет, 28 орудий и 12 танков.

Врагу пришлось вести бои на двух противоположных направлениях — против частей Ленинградского фронта, форсировавших Неву, и против войск Волховского фронта в районе Синявина.

Уже не первый день в сообщениях Советского Информбюро упоминаются Сталинград, Моздок и Синявино, где идут ожесточенные бои. С болью следят ленинградцы за развитием событий на юге. 26 сентября в Сталинграде наши войска вели тяжелые бои за центральную и южную части города. На отдельных участках противнику удалось выйти к Волге. [5; 248]


Воспоминания Давида Иосифовича Ортенберга,
ответственного редактора газеты "Красная звезда"

Три месяца идут ожесточенные сражения на Юге страны. Сюда — к Сталинграду и Северному Кавказу — привлечено сейчас внимание всей Советской страны, всего мира. Естественно, что страницы газеты заполнены материалами об этих боях. Прежде всего хотелось бы выделить опубликованную сегодня передовую статью «Значение боев на Юге». В какой-то мере она напоминает известную передовицу октября сорок первого года «Значение боев за Москву», напечатанную в «Красной звезде» в критические дни битвы за столицу. Та была результатом моей беседы в Перхушкове с Г. К. Жуковым, а в этой многие строки возникли в результате встречи с начальником Генштаба А. М. Василевским.

А встретился я с Александром Михайловичем в Ставке, когда он ненадолго приехал из Сталинграда в Москву. Времени, понятно, у него было в обрез, но, зная его внимание и доброе отношение к нашей газете, я все же попросил совета по некоторым, как я считал, важным вопросам.

Беседовать с Василевским всегда было полезно и интересно. Говорил он неторопливо, тихо, даже суховато, будто каждое слово взвешивал, но очень четко. Скромный по натуре, он никогда не говорил «я считаю», «по-моему», а вместо этого — «В Генштабе считают», «Мнение Ставки», хотя явственно следовало, что он высказывал именно свои мысли, соображения, выводы. Ни разу в беседе со мной он не ссылался на Сталина, как, впрочем, и Жуков.

О чем я спрашивал Александра Михайловича? Меня интересовало, как он оценивает обстановку на фронтах в эти дни, какие задачи наших войск считает первостепенными. Был у меня и такой вопрос: можно ли сказать, что угроза для нашей страны по сравнению с кризисными днями битвы за Москву не меньше, а больше?

Ответы на эти вопросы и нашли отражение в передовой. Приведу те места из нее, которые были записаны мною в беседе с Василевским:

«Летнее наступление немцев в 1942 году создало новую величайшую угрозу для Советского Союза...

Немецко-фашистские войска благодаря огромным потерям, которые они понесли, и благодаря усилившемуся сопротивлению советских войск наступают теперь гораздо медленнее, чем это было в первые дни прорыва на Юге летом 1942 года. На отдельных участках враг остановлен и вынужден был перейти к обороне. Но только неумные люди могут успокоиться этим и хотя бы на минуту забыть, что угроза Советскому Союзу сейчас не уменьшилась, а увеличилась. Враг еще продолжает наступать и в ряде районов продвигается... Отступать дальше некуда».

Были в передовой и такие строки, тоже навеянные беседой с начальником Генштаба:

«Отстояв Сталинград и Северный Кавказ, вконец истощив и отбросив врага, мы добьемся многого. Немцы не получат нефть, к которой рвутся, не считаясь ни с какими потерями. Им придется перенести новую жесточайшую зиму в тяжелых условиях безлесных приволжских и донских степей. Они будут лишены выгодного плацдарма для дальнейшего наступления, и, наоборот, в наших руках останется выгодный плацдарм, с которого мы сможем нанести немцам мощный ответный Удар».

В те дни, когда публиковалась эта передовая, в Ставке созревал план нашего контрнаступления под Сталинградом. Конечно, я этого не знал и не мог знать. Операция готовилась в строжайшем секрете, и, как вспоминал Василевский, ему и Жукову Верховный приказал никому об этом не говорить, даже членам Государственного Комитета Обороны. Но позже, когда этот секрет для меня открылся, я понял, что имел в виду на чальник Генштаба, когда говорил о «мощном ответном ударе»...


Со всех концов страны поступают в редакцию обращения, призывы, наказы защитникам Сталинграда. Один из них, который напечатан под заголовком «Ни шагу назад!», подписан: «И. Папанин, дважды Герой Советского Союза». Надо ли объяснять. что значили для наших воинов слова любимца народа, героя покорения Северного полюса!

Опубликовано также обращение участников Царицынской обороны к защитникам Сталинграда. Оно зачитывалось в дорогах, на красноармейских митингах. Воины, отвечая на этот призыв, заявляли, что будут сражаться до последнего дыхания, отстоят Сталинград.

Позже я узнал, как родился этот важный документ. Мысль об обращении участников Царицынской обороны, как мне рассказал Высокоостровский, возникла у Коротеева. Пошли они вместе в Военный совет фронта, к Хрущеву. Он сказал:

- Хорошо. Но где найти участников Царицынской обороны?

И действительно, с конца августа все сталинградские рабочие, которые могли носить оружие, влились в состав 62-й армии и сражались на переднем крае. Многие вышли из строя, найти их нелегко. Тем не менее Хрущев поручил работникам обкома партии вместе с корреспондентами «Красной звезды» объехать дивизии и разыскать участников Царицынской обороны. Нашли их...


Алексей Сурков привез стихотворение «В летний день» печальные, полные горечи строки:

Жарища жаждой глотку обожгла.
Скоробила рубаху солью пота.
По улицам притихшего села
Проходит запыленная пехота.

Вплетенные в неровный стук подков.
Шаги пехоты тяжелы и глухи.
Зажав губами кончики платков.
Стоят у тына скорбные старухи.

Стоят, скрестив на высохшей груди
Морщинистые, старческие руки.
Взгляни в глаза им. Ближе подойди.
Прислушайся к немому крику муки.

Неотвратимый материнский взгляд
Стыдом и болью сердце ранит снова.
Он требует: — Солдат! вернись назад,
Прикрой отвагой сень родного крова!

— Остановись, солдат! — кричит земля
И каждый колос, ждущий обмолота...
Тяжелыми ботинками пыля,
Уходит в ноле из села пехота.

Прочитал я стихи и спросил Суркова:

— Почему осенью вдруг «летний день»?

Алексей Александрович ответил вполне резонно:

— А это чтобы ближе к приказу 227. Другого заголовка и не надо.

Был у меня в это время Симонов. Я возьми и скажи ему:

— Костя, на, прочитай, стихи Суркова. Он вроде бы спорит с тобой. У тебя старуха (речь идет о стихотворении «Ты помнишь, Алеша, дороги Смоленщины», — Д. О.) говорила, мол, идите, родимые, мы вас подождем, а здесь твердо и решительно: «Остановись, солдат!»

Симонов не без юмора ответил:

— А наши деревенские старухи неплохие стратеги. Они знали, когда надо было отступать, а когда остановиться. Видно, и бабки читали приказ 227... [8; 359-362]

От Советского Информбюро

Утреннее сообщение 26 сентября

В течение ночи на 26 сентября наши войска вели бои с противником в районе Сталинграда, в районе Моздока и в районе Синявино. На других фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

В районе Сталинграда продолжались ожесточённые бои. В упорном уличном бою наша гвардейская часть уничтожила 10 немецких танков и 285 солдат и офицеров противника. На другом участке наши бойцы отбили атаку и истребили до роты пехоты противника. Захвачены 6 пулемётов, 6 миномётов, 130 винтовок и боеприпасы.

* * *

Северо-западнее Сталинграда противник предпринял несколько контратак, которые были отбиты с большими для него потерями. Н-ская стрелковая часть уничтожила до 300 гитлеровцев и захватила 200 тысяч винтовочных патронов. На другом участке бойцы Н-ского соединения отбили контратаку противника, продвинулись вперёд и заняли более выгодные рубежи. В ходе этого боя уничтожено 600 немецких солдат и офицеров, 10 танков, 12 орудий, несколько миномётов и пулемётов.

* * *

В районе Моздока наши части отбили атаку пехоты и танков противника. Немцы отошли на исходные позиции, оставив на поле боя 6 повреждённых танков, 10 автомашин, 7 орудий, 13 пулемётов и до 200 убитых и тяжело раненных солдат и офицеров.

* * *

Юго-восточнее Новороссийска наши части морской пехоты в бою с противником уничтожили до батальона румынской пехоты, подбили и сожгли 2 немецких танка и 3 бронемашины. Захвачены трофеи и пленные.

* * *

Ниже публикуются выдержки из дневника командира взвода 9 роты 317 полка 211 немецкой пехотной дивизии унтер-офицера Франца Гарцера. «Мы должны овладеть очагами сопротивления русских в лесу. Отлично замаскировавшись, они ведут огонь по нашим солдатам, которые сгрудились на самом краю леса. Вдруг раздаётся пронзительное «ура» русских... Батальон безнадёжно отступает. Операция провалилась. Лейтенант Шнейдер ранен, унтер-офицеры Крише, Гросс, Веймер убиты. Манескрейн и Гирсберг пропали без вести. Это была одна из самых печальных страниц в истории 9 роты... У меня всё больше крепнет желание убраться отсюда поскорее.

...У нас теперь в ходу шутка о «миноискателе 1942 г.». Под этим подразумеваются русские женщины, которых мы гоним на минные поля.

...Ужасные новости. Убиты: унтер-офицер Гельм, Глеба, Вальк, Винклер. Масса раненых. В моём взводе осталось только 2 человека. Так страшно видеть мёртвые тела своих товарищей, сложенные в штабеля.

Солдаты стонут. Все стремятся унести ноги из России. Мне не верится, что мы выберемся отсюда. Я окончательно отчаялся в будущем и думаю, что Россия станет для нас могилой».

* * *

В деревне Анновка. Кировоградской области, семилетний сын колхозника Науменко сорвал приказ немецкой комендатуры и сделал из него бумажный змей. Немецко-фашистские изверги схватили мальчика. долго глумились над ним, а затем расстреляли его. По распоряжению капитана Брауна гитлеровские разбойники сожгли дом колхозника Науменко, а всю семью арестовали и отправили на принудительные работы.

* * *

Отряд греческих партизан, действующий в Родопских горах (Северная Греция), совершил нападение на автоколонну оккупантов. Партизаны перебили более 30 гитлеровцев и, захватив винтовки и патроны, скрылись в горах.

Вечернее сообщение 26 сентября

В течение 26 сентября наши войска вели ожесточённые бои с противником в районе Сталинграда, в районе Моздока и в районе Синявино. На других фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

За 25 сентября частями нашей авиации на различных участках фронта уничтожено или повреждено до 30 автомашин с войсками и грузами, подавлен огонь 6 батарей полевой артиллерии, взорвано 3 склада боеприпасов, подожжено 7 железнодорожных эшелонов, рассеяно и частью уничтожено до роты пехоты противника.

* * *

В районе Сталинграда бойцы Н-ской части атаковали немцев и выбили их из ряда зданий. Противник потерял убитыми до 400 солдат и офицеров. Захвачено 3 пулемёта, 4 миномёта и много винтовок. На окраине города наши артиллеристы и гвардейцы-минометчики несколькими огневыми налётами уничтожили до батальона вражеской пехоты, 3 танка, 23 автомашины, 11 мотоциклов и артиллерийскую батарею противника. Южнее Сталинграда Н-ская часть Красной Армии вела активные боевые действия и истребила более 800 солдат и офицеров противника. Уничтожено 11 немецких танков, 18 автомашин и 3 миномётные батареи. Нашими бойцами захвачено 150 немецких автомашин с различными военными грузами.

* * *

Северо-западное Сталинграда советские войска продолжали вести бои и несколько продвинулись вперёд. Немцы неоднократно переходили в контратаки, но каждый раз под ударами наших частей откатывались на исходные позиции. В ходе боёв гитлеровцы несут большие потери. За истекшие сутки уничтожено до 2.000 вражеских солдат и офицеров, сожжено и подбито 37 немецких танков, уничтожено 21 орудие, 8 миномётных батарей. 32 пулемёта. 3 бронемашины и 12 специальных автомашин. Захвачены; трофеи и пленные.

* * *

Советские лётчики и зенитчики в течение дня сбили 9 немецких самолётов.

* * *

В районе Моздока немецкая пехота при поддержке сотни танков пять раз атаковала наш оборонительный рубеж. Все атаки противника отбиты. В результате этого боя гитлеровцы потеряли 18 танков и до двух рот пехоты.

* * *

Юго-восточнее Новороссийска наши войска отбили атаку крупных сил противника, пытавшихся захватить одну высоту. В боях за эту высоту уничтожено до 1.150 немецких солдат и офицеров. Нашими бойцами захвачены 31 пулемёт, много винтовок и боеприпасов.

* * *

В районе Синявина наши войска отбивали атаки противника. В течение дня уничтожено 10 танков и сбито 6 немецких бомбардировщиков.

* * *

Партизанский отряд, действующий в Крыму, истребил до 200 немецких оккупантов, уничтожил 12 автомашин и взорвал на шоссе несколько мостов.

* * *

Пленные солдаты 11 роты 266 полка 72 немецкой пехотной дивизии Леон Заммель и Пауль Крушке рассказали: «В боях под Севастополем 72 дивизия была разбита. В ротах нашего полка осталось по нескольку человек. Например, в 11 роте осталось всего лишь 8 солдат. Вскоре мы получили пополнение и были переброшены на Центральный фронт. Нас прямо с марша ввели в бой, и полк в течение двух дней вновь понёс огромные потери. Русские обрушили на нас страшный артиллерийский и миномётный огонь. Солдаты были морально подавлены. Им было безразлично, чем закончится бой. Каждый старался укрыться, чтобы только спасти свою жизнь».

* * *

Карательный отряд белофиннов учинил кровавую расправу над населением деревни Сосницы, Ленинградской области. Ворвавшись в деревню, белофинны согнали жителей на площадь и потребовали, чтобы они указали, где находится партизанский лагерь. Все крестьяне молча выслушали требование финского офицера и не проронили пи одного слова. Тогда белофинны схватили пожилого колхозника Жукова и в присутствии всех жителей повесили его. Не добившись и после этого от колхозников сведений о партизанах, бандиты убили 20 жителей деревни.

[23; 200-202]