16

16 сентября 1942 года - 452 день войны

 Опубликовано сообщение о получении рекордного урожая в 1050 пудов проса с га, выращенного звеньевым колхоза «Курман», Уилского района, Актюбинской области, Казахской ССР, Чаганак Берсиевым, и 1350 пудов риса с га, выращенного звеньевым Ким-Ман-самом из колхоза «Авангард», Чиилийского района, Кзыл-Ординской области, Казахской ССР. [3; 256]

 

 

 


Хроника блокадного Ленинграда

Два вражеских снаряда разорвались сегодня на Цветочной и Волковской улицах города. Два ленинградца убито, один ранен.

Четверо ленинградских школьников— Алла Прохорова, Тамара Миккелье, Юра Шишкин и Гена Стржичковский — написали сегодня шефам-балтийцам:

«Мы, ученики 4-го класса 47-й школы Приморского района героического города Ленина, просим Вас отомстить за наших отцов, братьев и матерей, погибших на фронте, от артобстрелов и от блокады нашего города. Мы со своей стороны обязуемся учиться только на «отлично» и «хорошо» и аккуратно выполнять все оборонные задания, которые нам будут поручать...»

Выполнение «оборонных заданий» стало для детей блокированного города привычным, будничным делом. Характерный эпизод. Как-то во время воздушного налета вражеская зажигательная бомба пробила крышу 47-й школы, а пожарное звено, занятое тушением других бомб, не заметило этого. Увидела зажигалку ученица этой школы Нина Рычкова, дежурившая на крыше своего дома. Не теряя ни минуты, она спустилась вниз, перебежала улицу, поднялась на чердак школы и засыпала бомбу песком.

Маленькие ленинградцы и в самом деле аккуратно выполняют «оборонные задания». Когда семилетнего Витю Тихонова, погасившего на улице зажигательную бомбу, спросили, как он это сделал, мальчик ответил, что взял ее «за хвошт» и оттащил «в пешок». С непокорным «с» он еще не мог справиться, а бомбу одолел. [5; 244]


Воспоминания Давида Иосифовича Ортенберга,
ответственного редактора газеты "Красная звезда"

Сталинград и Кавказ — этим заполнены сейчас страницы газеты. Им посвящены публикующиеся одна за другой передовицы. В передовой «Борьба с танками в ближнем бою» есть такие строки: «Все помыслы, энергия, умение бронебойщиков, всех бойцов, вооруженных гранатами и бутылкой, должны быть направлены не на то, чтобы спасаться от танка, а на то, чтобы активно искать его и уничтожить...» Статья напоминает, что с «танкобоязнью» все еще не покончено.

Должен сказать, что особенность передовых сегодняшнего дня — прямой и бескомпромиссный разговор. Особо выделяется передовая «Умело совершать аэродромный маневр», написанная Николаем Денисовым и присланная в газету с Юга.

Известно, что немецкое командование придерживается тактики сосредоточения большой массы самолетов на тех направлениях, где их войска готовят или совершают глубокий прорыв. Парирование и срыв вражеских планов, воздействие с воздуха невозможны без аэродромного маневра. А между тем всегда ли быстро наши авиационные командиры и начальники обеспечивают широкий аэродромный маневр?

На это отвечает Денисов прямо и откровенно:

«Некоторые командиры порой крайне неохотно идут на то, чтобы перебазировать часть своих авиационных сил на тот участок фронта, где в это время ощущается острая необходимость в более сильной поддержке с воздуха. В результате получается, что авиачасти, привязанные к одним и тем же аэродромам, теряют свои основные качества — скорость и дальность воздействия на врага. Тем самым маневренность авиации сковывается и замыкается в узкотактический круг. Стоит ли говорить, что подобное использование воздушных сил несовместимо с их основным оперативно-тактическим назначением — быть там, где решается судьба сражения».

Я знаю, что эта передовица без следа не прошла. В штабе Военно-Воздушных Сил даже начали выяснять: где это все было и происходит. Отправился в штаб ВВС Денисов и выложил им все факты, которых у него было предостаточно...

Своевременной была передовая статья «Истощить и обескровить врага». Главная ее мысль, сформулированная в заголовке, относилась не только к тем войскам, которые ведут оборонительные бои на Юге страны, но и к тем участкам фронта, где царит затишье. Не мириться с затишьем, а наносить врагу ежедневно, ежечасно урон в людях и технике. Эти потери врага сказываются и на горячих фронтах. Сидеть и бездействовать там, где враг не активен, значит играть последнему на руку, помогать ему малыми силами сковывать наши части на большом протяжении фронта.

Вычитывая эту передовую, я невольно вспомнил один эпизод в Сталинграде, у поселка Рынок. Был я там в одной из рот бригады Горохова. Метров триста-четыреста отделяли позиции немцев от наших. Видно было, как немцы открыто, словно на прогулке, во весь рост ходят по переднему краю. Никто из наших не стрелял. Я взял винтовку у стоявшего рядом со мной в окопе бойца. Пытался открыть затвор — его заклинило песком. Проверил другую — то же самое. Спросил:

— Давно стреляли?

— Дня два.

— Почему?

— Так и немец не стреляет.

А потом подошел к пулеметчику. Тот же вопрос. Тот же ответ. Словом, устроили «перемирие». Здесь существенна не только тактическая, но и моральная сторона дела. Ее и выразил Симонов в своих стихах «Убей его!»: «Сколько раз увидишь его, столько раз его и убей!»

Много важного узнали наши летчики, да и не только они, из статьи «Тактика немецких асов». В ней рассказывается о том особом значении, которое немецкое командование придает асам в борьбе за господство в воздухе. Об их тактике, сильных и слабых ее сторонах. И о том, как наши летчики сражаются с этими опытными пилотами. В частности, говорилось о том, как был сбит известный фашистский ас Мельдер, занимавший пост начальника немецкой истребительной авиации.

Были и у нас асы. Время от времени публиковались материалы об их боевой работе. На днях появилась подвальная статья «О советских асах». В ней рассказывалось об их боевом искусстве и одновременно подвергались серьезной критике те командиры, которые неправильно используют асов, недооценивают этих мастеров воздушного боя.

Надо сказать, что на этот счет у нас была дискуссия с работниками командования Военно-Воздушных Сил армии. Они считали, что негоже нам подражать немцам и пользоваться их же терминологией. Не раз Денисов, возвращаясь из штаба ВВС, жаловался, что опять, мол, за этих «асов» работники штаба прямо-таки берут его в штыки. Словом, я посчитал, что решить этот спор может лишь Верховный Главнокомандующий, и в одном из своих писем среди других задал вопрос:

«Красная звезда» напечатала ряд статей о воспитании советских асов. Некоторые работники ВВС возражают против слова «ас», мотивируя это тем, что такое название имеется у немцев. Мы же продолжаем называть специальных летчиков общепринятым во всем мире названием «ас».

Права ли редакция «Красной звезды», или правы некоторые работники ВВС?»

Ответ пришел сразу. Сталин поддержал нашу точку зрения.


Нельзя обойти вниманием и статью генерал-лейтенанта Н. Кириченко «Боевые традиции казачьих полков». Напомню, что этому прославленному корпусу и его командиру была в свое время посвящена передовая статья. Но в передовой все было завуалировано: корпус был обозначен как «казачья часть», район его боевых действий «юг» и т. п. А теперь все названо своими именами. Читатель узнал, что это 4-й гвардейский кавалерийский корпус, что бои, где он одержал победу, происходили под станицей Кущевской и что сам командир не просто генерал, а генерал-лейтенант.

Кириченко подробно рассказал о секрете успехов корпуса, о правильном выборе направления главного удара, об искусстве вводить противника в заблуждение, или, как он писал, «обманывать врага». Приведу одну выдержку из его статьи, характеризующую тактику казаков:

«Надо было обманывать врага, ни в коем случае не раскрывая истинной своей группировки. Задача разведки, боевого охранения и передовых отрядов нередко заключалась в том, чтобы искусным маневром мелких подразделений, составленных из лучших, наиболее смелых и опытных людей, создать у противника представление, будто здесь группируются и действуют наши главные силы. В результате противник избирал ложное направление и нацеливал удар по пустому месту. Тем временем наши главные силы незаметно накапливались и внезапно нападали на врага с фланга или с тыла, уничтожая его по частям».

Большое значение, замечает автор, имеет и выбор местности. Разумеется, завязывать бой на открытой равнине с противником, располагающим большим количеством танков, бронемашин и мотопехоты, не целесообразно. Используя преимущество в броне, немцы имели возможность на открытой местности обойти наши части и навязать им бой в сложных условиях. Поэтому условия кавалерийского боя требовали избирать местность, невыгодную для противника. Река, овраги, населенные пункты с речкой, болотистая низина, вблизи которой есть луг и овраг, покрытый лесом, вот что удовлетворяло наших командиров, организующих бой...

И такой университет прошел корпус в критические дни сражений на Юге.

Поскольку речь зашла о конниках, нельзя не обратить внимание на статью командующего кавалерией Красной Армии генерал-полковника О. И. Городовикова, прославленного героя гражданской войны, «О некоторых вопросах боевого применения конницы». За год с лишним боевых действий нашей кавалерии было что рассказать. Уже выявились крупные фигуры кавалерийских военачальников: Белов, Доватор, Кириченко, Крюченкин. Кавалерийскими корпусами были проведены значительные операции. Стало ясно, что в условиях современной войны, насыщенной моторами и автоматами, кавалерия должна действовать иначе, чем в годы гражданской войны. Городовиков рассмотрел и ошибки, которые допускают некоторые кавалерийские командиры, например, отрыв от своего тыла, от общевойсковых соединений и т. п.

Об этой статье я вспомнил и позже и вот в связи с чем. Во время одной из бесед с комиссаром Генштаба Боковым зашел у нас разговор о публикациях «Красной звезды», посвященных кавалеристам. Никаких претензий у Ставки к ним не было. Но тут же Воков предупредил меня:

— Смотри не размахнись, не загибай...

И рассказал историю. Командующий Закавказским фронтом генерал армии И. В. Тюленев, увлеченный, очевидно, успехами корпуса Кириченко, обратился в Ставку с предложением преобразовать его в конную армию, наподобие тех конармий, что были в гражданскую войну. Доложил Боков Сталину. Верховный заинтересовался и сказал комиссару:

— А в самом деле, не создать ли нам конармии?..

И предложил обсудить этот вопрос с работниками Генерального штаба. А там предложение Тюленева не получило поддержки. Генштабисты посчитали, что в нынешнюю войну такие громоздкие формирования будут крайне уязвимы и с земли и с воздуха. Снова доложили Сталину. Решили все оставить по-старому. Корпус, дивизия — вот предел кавалерийских формирований.

Вернувшись после разговора с Боковым в редакцию, я внимательно перечитал опубликованную недавно статью Городовикова. Ока Иванович довольно трезво оценил возможность кавалерии еще до разговора Сталина с Боковым: прожектерства в его статье не было...


В этом же номере напечатали статью «Бой на окружение». Статья тактического и даже оперативного характера. Сейчас не могу вспомнить, каким образом этот трехколонник попал на вторую страницу газеты. Он был бы к месту в дни, скажем, нашего контрнаступления под Москвой, мог бы пригодиться позже, хотя и не скоро. Но ныне, когда наша армия отступает, ведет оборонительные бои, не ко времени мы ее напечатали, она могла вызвать лишь недоумение у наших читателей. И такое случалось в нашей газетной жизни: что-то мы делали невпопад.


Илья Григорьевич время от времени приносил мне вырезки из немецких газет, радиоперехваты, листовки гитлеровцев, посвященные... ему. Они не только вызывали хохот у нас, но были свидетельством, что удары писателя точно попадали в цель. В одной из немецких статей было, например, написано, что наш худющий Эренбург «толстый, косой». В другой — что он очень кровожаден и что в Испании он похитил музейные ценности на 15 миллионов марок и продал их в Швейцарии. В третьей — что он каждый день бывает у Сталина и составил для него план уничтожения Европы, назвав его «Трест Д. Е.», что он хочет превратить в пустыню все земли, лежащие между Одером и Рейном, призывает насиловать немок и убивать немецких детей...

А однажды Эренбург принес зловещую немецкую книжку, переведенную на русский язык и распространявшуюся на оккупированной территории. В ней были перечислены имена советских работников, которые должны быть уничтожены, если попадут в руки фашистов. Среди них и Илья Григорьевич. Между прочим, там я увидел и свое имя.

Я, кажется, увел читателя в сторону. Вернусь к сегодняшнему номеру, в котором Эренбург опубликовал статью «Фрицы о фрицах». Большая статья, на три колонки. Илья Григорьевич объясняет: «Я часто писал о немецкой армии. Мои статьи могли показаться чрезмерно страстными. Сегодня я дам слово самим немцам: пусть фрицы нам расскажут о фрицах».

Писатель извлек из своего мешка письма немцев домой и письма из дома, найденные у убитых, а также в разгромленных вражеских штабах. Пусть читателя не смутит этот «мешок». Он действительно был. Дело в том, что в нашу редакцию на имя Эренбурга каждый день приходили с фронта пачки писем и к ним часто прилагались трофейные документы. Их было так много, что нашим экспедиторам пришлось завести специальный мешок. И вот сегодня — любопытная подборка из немецких писем с вкрапленными саркастическими комментариями Эренбурга.

Лейтенант Карл Шпанде, например, ругает нашу артиллерию: «Эта «чертова пушка» уже погубила сотни тысяч немцев. У меня от нее сделалось нервное заболевание, тик и спазмы». Фельдфебель Карл Мауер, самолет которого был сбит нашим летчиком, возмущенно говорит: «Таран — недостойный прием». Ефрейтор Ганс Крамер пишет: «Когда у нас кричат, что летит «железный густав», я хочу помолиться и не могу — зуб на зуб не попадает». Танкист Шаллер негодует: «У русских завелись какие-то свинские ружья, они пробивают любую броню. Можно сойти с ума от этакого угощения».

А вот и другие письма — злобные, изуверские. Лейтенант Клейст: «Вчера мы повесили двух мерзавок, и стало как-то легче на душе. Если оставить хотя бы одну семью, они разведутся и будут нам мстить»...

«Такова немецкая армия,— заключает Илья Григорьевич,— тупая, наглая, хорошо дисциплинированная, но лишенная подлинного мужества, хорошо организованная, но не имеющая внутреннего единства, снабженная вооружением, но не идеалами, способная побеждать, но не способная победить».

И вновь Эренбург обращается к тому, что писал еще раньше:

«Конечно, есть и в этой армии отдельные люди, мыслящие и чувствующие, но это единицы среди миллионов, божьи коровки на спине взбесившегося слона». А отсюда вывод: «У нас нет времени и охоты заниматься божьими коровками. Мы должны пристрелить взбесившегося слона».

Теперь о «чрезмерной страстности» в статьях Эренбурга. Да, в них бушевал пламень ненависти к фашистам. Его статьи, обнажавшие всю мерзость, чудовищные преступления, гнусное лицо гитлеровцев, с одобрением встречали наши воины. Конечно, они вызывали озлобление фашистских заправил. [8; 352-357]

От Советского Информбюро

Утреннее сообщение 16 сентября

В течение ночи на 16 сентября наши войска вели бои с противником западнее и юго-западнее Сталинграда и в районе Моздок. На других фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

Западнее Сталинграда продолжались напряжённые бои. Противник, сосредоточив на узком участке пехоту и танки, а также значительные силы авиации, предпринял ряд ожесточённых атак. Ценой больших потерь немцам удалось несколько продвинуться вперёд. Огнём нашей артиллерии и бронебойщиков подбито 6 танков противника. Нашими лётчиками и огнём зенитной артиллерии в течение суток сбито 35 немецких самолётов.

* * *

Юго-западнее Сталинграда Н-ская часть Красной Армии, отражая атаки противника, уничтожила 2 танка, несколько орудий и до батальона немецкой пехоты. На другом участке бойцы части, где командиром тов. Чиликин, истребили 200 гитлеровцев, уничтожили 5 немецких танков, 10 автомашин и артиллерийскую батарею.

* * *

В районе Моздока наши части отбили атаку противника и уничтожили 6 немецких танков и до роты гитлеровцев. Советские лётчики уничтожили 4 танка и до 100 автомашин противника с войсками и грузами.

* * *

Юго-восточнее Новороссийска части морской пехоты под командованием тов. Вострикова за три дня боевых действий уничтожили до батальона пехоты противника. На другом участке черноморцы контрударом отбросили наступавших гитлеровцев. Противник оставил на поле боя 4 подбитых танка, 6 зенитных орудий, 10 автомашин и 20 повозок с военными грузами.

* * *

Артиллерийское подразделение, где командиром тов. Кудрявцев (Краснознамённый Балтийский флот), произвело несколько огневых налётов на вражеские узлы сопротивления. Прямыми попаданиями снарядов уничтожено несколько артиллерийских батарей. Снайперы этого подразделения огнём из винтовок за один день истребили 78 гитлеровцев.

* * *

Ниже публикуются выдержки из записной книжки немецкого офицера, убитого на Западном фронте: «Наша дивизия состоит из остатков разгромленных частей. В этом месяце дивизию снова сильно потрепали. Большие потери понесла пехота от снайперского огня русских. Недаром нам в Вердене читали лекции о русских снайперах. Война против России напоминает мне авантюру... Господа командующие переоценили собственные силы. За это мы уже жестоко поплатились. Приближается зима. Солдаты и офицеры всё чаще и чаще заводят речь о великом зимнем отступлении. Люди пережили тогда нечто ужасное. До сих пор они еще не могут отделаться от тяжёлых воспоминаний. Ночью русские атаковали наш левый фланг. Атакам предшествовал очень сильный артиллерийский обстрел. У нас большие потери. Погиб мой старый друг лейтенант Биттнер... Впереди я не вижу ничего радостного».

* * *

В деревнях Смоленской области, освобождённых за последнее время от немецких оккупантов, вскрываются всё новые факты зверств гитлеровских мерзавцев над мирным населением и пленными красноармейцами. В деревне Тягочевка немцы подвергли мучительным пыткам, а затем расстреляли председателя колхоза «Ленинская искра» Прасковью Морозову. В деревне Дубно фашистские бандиты долго истязали, а потом расстреляли двух раненых советских бойцов. Отступая из деревни Семеновское, гитлеровцы бросили в сарай с соломой и сожгли трёх пленных красноармейцев.

* * *

Югославские патриоты добились новых успехов в борьбе против немецко-итальянских захватчиков. Итальянцы направили крупный отряд в помощь своему гарнизону, осаждённому в городе Удбине. Партизаны внезапно напали на этот отряд и истребили около 400 итальянских солдат и офицеров. В бою за город Н. партизаны истребили 140 итальянских оккупантов и захватили 106 винтовок, 8 пулемётов, много боеприпасов и продовольствия. В начале сентября патриоты пустили под откос бронепоезд неприятеля.

Вечернее сообщение 16 сентября

В течение 16 сентября наши, войска вели ожесточённые бои с противником на северо-западной окраине Сталинграда и в районе Моздок. На других фронтах существенных изменений не произошло.

* * *

За 15 сентября частями нашей авиации на различных участках фронта уничтожено или повреждено 10 немецких танков и бронемашин, до 70 автомашин с войсками и грузами, 20 повозок с боеприпасами, подавлен огонь 13 батарей полевой и зенитной артиллерии, рассеяно и частью уничтожено до пяти рот пехоты противника.

* * *

На северо-западной окраине Сталинграда наши войска вели напряжённые бои. На одном участке противник отдельными группами танков и автоматчиков вклинился в нашу оборону. Завязались упорные бои, в ходе которых гитлеровцы, проникшие в расположение советских войск, были уничтожены. На другом участке бойцы Н-ского соединения в боях с наступающим противником разгромили полк румынской пехоты. Гвардейская миномётная часть под командованием тов. Дорофеева уничтожила до батальона немецкой пехоты, сожгла 13 танков, 22 автомашины и подавила огонь нескольких артиллерийских и миномётных батарей противника. С целью поддержки обескровленных дивизий немцы подбрасывают новые резервы, с которыми наши части ведут ожесточённые бои.

* * *

Советские лётчики в воздушных боях сбили 32 немецких самолёта.

* * *

В районе Моздока наши войска наносили контрудары по группировке противника на южном берегу водного рубежа. Немцы неоднократно переходили в контратаки, которые были отбиты с большими для них потерями. Советские части продвинулись вперёд и заняли один населённый пункт, имеющий важное тактическое значение. Восточнее Моздока пехота и 80 танков противника вели атаки на наши позиции. Бойцы Н-ского соединения отбили все атаки войск противника. Подбито и сожжено до 30 немецких танков.

* * *

В районе Синявина наши части, преодолев упорное сопротивление гитлеровцев, заняли укреплённый пункт противника. Артиллеристы орудийного расчёта тов. Рогожкина подбили 4 немецких танка. Сапёр-разведчик тов. Грищенко за короткий срок обнаружил и обезвредил 120 немецких противотанковых и противопехотных мин. Отважный боец подполз к немецкому укреплению, пристрелил офицера и взорвал ДЗОТ. Продвигаясь дальше в глубь вражеской обороны, тов. Грищенко истребил 27 гитлеровцев.

* * *

Южнее Воронежа бойцы Н-ской части отбили атаку противника и уничтожили 3 немецких танка. На другом участке за два дня боевых действий одна наша часть захватила у немцев 2 орудия, 3 миномёта, 45 пулемётов, более 200 винтовок и 14 автомашин. За это же время уничтожено до 500 солдат и офицеров противника.

* * *

Добровольно сдавшийся в плен солдат 377 артполка 377 немецкой пехотной дивизии Франц Г. рассказал: «Я был свидетелем жестокого обращения немецких солдат и офицеров с советскими военнопленными и гражданским населением. Недавно во время марша одно орудие застряло в грязи. По распоряжению командира батареи пригнали группу раненых пленных красноармейцев и заставили их вытаскивать орудие. Обессилевшие от ран и потери крови, они ничего не могли сделать. Тогда вахмистр Шмидеке нагайкой избил русских до полусмерти. В деревне Слобода пьяные солдаты перекололи штыками пять крестьянских семейств. Я заходил в избы и сам видел изуродованные трупы родителей и детей. В селе Никольском был расстрелян старый крестьянин за то, что он не снял шапки перед офицером».

* * *

Немецко-фашистские захватчики, чтобы прокормить население Германии, грабят продовольствие у крестьян порабощенных ими стран. В провинции Брабант (Бельгия) гитлеровские чиновники оштрафовали и привлекли к суду за несдачу зерна несколько тысяч крестьян. Много крестьян арестовано, а их хозяйства реквизированы. Немецкие власти производят в деревнях массовые обыски и насильно отбирают весь хлеб, который им удаётся найти. В ответ на этот грабёж крестьяне близ Жамблу разгромили элеватор и сожгли необмолоченный хлеб. В районе Рошфора произошло вооружённое столкновение местного населения с полицией, прибывшей для реквизиции зерна.

[23; 179-181]